Проектирование пожарной сигнализации: системы охраны, продажа систем видеонаблюдения.

Эликсир Сатаны

Благосклонный читатель! Я охотно бы свел тебя под густую тень платанов, под которыми сам впервые прочел удивительное повествование брата Медарда. Сядем-ка вместе на каменную скамью, скромно притаившуюся в душистых кустах и ярко пестреющих цветах. Оттуда мы оба, с замирающим от сладкого томления сердцем, станем любоваться пеленой синевою живописных гор, которые прихотливо высятся на заднем плане залитой солнцем долины, расстилающейся в конце развесистой аллеи. Оглянувшись назад, ты увидишь шагах в двадцати от нас готическое здание, портал которого богато украшен статуями. Сквозь темную листву платанов смотрят на тебя в упор живые, проницательные глаза отчетливо выделяющихся на широкой стене святых угодников, написанных альфреско яркими сочными красками.

Пурпурно-красное солнце стоит над горами; поднимается легкий вечерний ветерок, повсюду в природе чувствуется движение и жизнь. В кустах и деревьях слышится шелест и шепот каких-то дивных голосов. Неопределенный шум их все больше усиливается, пока, наконец, ухо начнет явственно различать несущиеся издалека звуки пения и аккорды органа. Величавые мужи, в длинных широких плащах, безмолвно скользят по тенистым аллеям сада, устремив в небеса благочестивые взоры, так что думается, будто ожили и спустились на землю святые угодники, лики которых красуются на высоких карнизах храма. Тебя отовсюду охватывает таинственный ужас, которым веет от дивных преданий и легенд, словно воплощающихся здесь воочию. Все происходит как бы на твоих глазах, так что ты охотно веришь собственным своим впечатлениям. Принявшись в таком душевном настроении за чтение автобиографии брата Медарда, ты, конечно, не сочтешь странным видения этого монаха за одну лишь беспорядочную игру разгоряченного воображения. Если мы с тобой, благосклонный читатель, оказались лицом к лицу с монахами, перед обителью, расписанной ликами святых угодников, то едва ли потребуется добавлять, что я привел тебя в великолепный сад капуцинского монастыря в городе Б. Обстоятельства задержали меня как-то раз на несколько дней в этой .обители. Почтенный ее настоятель показал мне тогда, в числе прочих достопримечательностей, рукопись, которая осталась после брата Медарда и хранилась в монастырском архиве. С большим трудом победив сомнения приора, я заручился от него дозволением ознакомиться с ее содержанием. Почтенный старец считал, что по-настоящему следовало бы ее сжечь. Предлагая благосклонному твоему вниманию книгу, составленную по этим бумагам, опасаюсь, что и ты, пожалуй, будешь одного мнения с почтенным приором. Впрочем, решившись следовать за Медардом, как верный его сотоварищ, по мрачным монастырским коридорам, а затем пуститься вместе с ним по пестрым и бурным волнам житейского моря, сквозь все ужасающие трагические, нелепые и комические события жизни этого злополучного монаха, ты, быть может, заинтересуешься разнообразием картины, которая открывается перед тобой как бы в камере-обскуре. Может даже статься, что, кажущееся на первый взгляд бесформенным, примет, когда внимательнее вглядеться, ясные и законченные очертания. Ты проследишь, как скрытый в глубине зародыш, посеянный злым роком, обращается в пышное растение, дает от себя отпрыски, разрастающиеся все гуще и гуще,— пока, наконец, один из распустившихся на нем же цветков созреет в плод, который сможет притянуть к себе все живые соки. Растение тогда быстро завянет и погибнет вконец.

Перечитав внимательно и добросовестно автобиографию капуцина (это оказалось делом довольно трудным, так как покойный писал мелким, неразборчивым монашеским почерком), я думаю теперь, что многое, чему мы обыкновенно не придаем никакого значения и называем грезами и пустой фантазией, указывает нам, быть может символическими откровениями, таинственные нити, которые, проходя через нашу жизнь, связывают в одно целое все ее проявления. Горе, однако, смельчаку, который вообразит, что такое познание дает ему силу произвольно разрывать эти таинственные нити и бороться с невидимой властью, господствующей над нами!

Благосклонный читатель! Возможно, ознакомившись с этой книгой, ты придешь к тем же заключениям. По крайней мере, я от души желаю тебе этого по некоторым весьма важным причинам.